Потупившись, Сен вернулся в рубку, чтобы отдать распоряжения своим людям.

А Призрак ушел на корму искать своего помощника. Не найдя его, он глубже натянул на голову шапочку и направился на мостик, чтобы принять командование терзаемым штормом кораблем.

Десять судий преисподней…

Человек прополз по палубе к корме и перевесился через борт «Дракона Фучжоу». Его снова стало тошнить.

Он пролежал рядом со спасательным плотом всю ночь, с самого начала шторма, убежав из зловония трюма для того, чтобы иметь возможность очищать свой организм от дисгармонии, порожденной разбушевавшимся морем.

Человек снова вспомнил про десять судий преисподней. Желудок, давно исторгнув все свое содержимое, болел от новых рвотных позывов. Человек замерз; так плохо ему не было никогда в жизни. Бессильно привалившись к ржавому леерному ограждению, он закрыл глаза.

Его звали Сонни Ли, хотя отец нарек его именем Канмей, что значит «Победим Америку». При режиме Мао было принято давать детям такие политкорректные, но совершенно непроизносимые имена. Однако Сонни, как это часто бывает у подростков юго-восточных приморских провинций Китая, Фуцзянь и Гуанду, взял себе и западное имя. То, каким прозвали его в подростковой банде: Сонни, в честь опасного и неуравновешенного сына дона Корлеоне из фильма «Крестный отец».

И верный персонажу, в честь которого он был назван, Сонни Ли, повидавший в своей жизни немало насилия, в том числе и сотворенного его собственными руками, никогда и ни перед кем не вставал на колени — до сих пор, пока его в буквальном смысле не повергла ниц морская болезнь.